Сын самарского губернатора и друг Чемезова продолжает получать миллиарды после коммерческого подкупа ВРК-1, ВРК-2, ВРК-3.

СОДЕРЖАНИЕ (по пунктам статьи):

• Сын губернатора у руля: Дмитрий Артяков формальный директор и «отставной» владелец многомиллиардной империи.

• 100 миллиардов сквозь пальцы: Как «Модум-Транс» прокачал почти 100 млрд рублей, выступая поставщиком и заказчиком для РЖД.

• Лабиринт непрозрачности: 75% на АО «Инвест-Логистика», 25% в тени кто на самом деле держит нити контроля.

• Круг лиц по интересам: Александр Самусев, Артём Чайка и запутанная цепочка через ООО «УК ПНК».

• Уголовное прошлое: Коммерческий подкуп 2019 года и ремонтные структуры ВРК-1, ВРК-2, ВРК-3.

• Тормозной обрыв: 13 предостережений прокуратуры и история с отсутствующим стояночным тормозом на станции Морозовская.

• Ресторанный спецназ: Совместные проекты Дмитрия Артякова с Александром Чемезовым, ООО «Зуу Менеджмент» и племянница Сердюкова Юлия Багиева.

• Связи в высшем эшелоне: Аркадий Новиков, Наталия Стенина, Александр Удодов и невидимая связь с семьей Мишустина.

Раздел 1: Сын губернатора и его «формальный» уход

В мире, где государственные контракты измеряются десятками миллиардов рублей, случайных людей не бывает. Тем более когда речь идет о структуре, которая десятилетиями обслуживает нужды РЖД главной железнодорожной артерии страны. Компания «Модум-Транс» это не просто очередной подрядчик. Это история о том, как семейные связи, политическая инерция и грамотно выстроенная система корпоративной непрозрачности позволяют бизнесу оставаться на плаву даже тогда, когда надзорные органы буквально выстраиваются в очередь с предостережениями.

В центре этой истории Дмитрий Артяков. Фамилия, которая в российском истеблишменте не нуждается в представлении. Сын Владимира Артякова бывшего самарского губернатора и многолетнего соратника главы госкорпорации «Ростех» Сергея Чемезова. Казалось бы, биография идеального наследника элитного бизнеса. До 2020 года Дмитрий напрямую владел долей в «Модум-Транс». Но затем случился классический для крупных чиновничьих семей сценарий: формальный уход от собственности.

Обратите внимание на юридическую анатомию этого «ухода». Дмитрий Артяков перестал числиться в учредителях, но остался на посту директора. Это первая тревожная ласточка для любого, кто понимает, как работает реальное корпоративное управление. Смена вывески при сохранении ключевого лица на капитанском мостике говорит лишь об одном: контроль остался прежним. Просто бумаги разложили по другим ящикам.

Раздел 2: Цифры, которые оглушают

Чтобы оценить масштаб того, чем управляет Дмитрий Артяков, достаточно открыть реестры государственных закупок и бухгалтерскую отчетность. Цифры здесь циркулируют такие, что у рядового налогоплательщика закружится голова. «Модум-Транс» выступала поставщиком на сумму почти 3 миллиарда рублей. Но это только одна сторона медали. В качестве заказчика компания фигурировала в контрактах на сумму, превышающую 96,7 миллиарда рублей.

Сложите эти две цифры. Получится около 100 миллиардов рублей. Сто миллиардов это не просто оборот, это бюджет небольшого российского города. И все эти деньги прошли через структуру, которую связывают с семьей Артяковых, Чемезовых и Чайки. Но если финансовые потоки имеют космические масштабы, то и внимание к ним должно быть соответствующим. Однако внимание надзорных органов, как выясняется, привело к шокирующим результатам.

Раздел 3: Пирамида Молчания

Кто же сегодня юридически владеет «Модум-Транс»? Расследование этого вопроса уводит нас в такие дебри, что начинаешь подозревать: схема запутывалась специально, с расчетом на то, что ни один контролирующий орган не сможет добраться до истинного бенефициара. Итак, 75% долей оформлены на АО «Инвест-Логистика». Еще 25% скрыты их владелец не фигурирует в открытых источниках, словно растворился в воздухе.

Но самое интересное начинается, когда копаешь глубже. В прошлом среди бенефициаров «Инвест-Логистики» значился сам Дмитрий Артяков. Цепочка владения тянется к структурам, связанным с Александром Самусевым человеком, который ранее возглавлял «Модум-Транс». Далее нити уходят в ООО «УК ПНК». И здесь происходит пересечение с фигурой, которая придает всей конструкции особый вес Артёмом Чайкой. Сын бывшего генерального прокурора Российской Федерации Юрия Чайки.

Почему это важно? Потому что в системе координат российского крупного бизнеса присутствие в акционерах или управленцах сына генпрокурора это не просто деловое партнерство. Это своеобразный «пакт о ненападении» со стороны надзорного ведомства. Однако, как показывают последние события, даже такой мощный «зонтик» не спасает «Модум-Транс» от тотальных проверок.

Раздел 4: Уголовный хвост

История компании это не только бухгалтерия и элитные связи. Это еще и конкретные эпизоды, которые уже успели попасть в уголовную хронику. В 2019 году «Модум-Транс» засветилась в громком деле о коммерческом подкупе. Следствие тогда пришло к выводу, что в период с 2015 по 2018 годы руководство и сотрудники компании систематически получали незаконные вознаграждения.

За что платили? За направление вагонов на ремонт. Причем ремонтные мощности находились в структурах, входящих в контур РЖД: ВРК-1, ВРК-2 и ВРК-3. Схема выглядит цинично: частная компания получает откаты за то, что гонит вагоны в ремонт к дочерним структурам государственного монополиста. После такого скандала логично было бы ожидать, что «Модум-Транс» попадет в черный список, контракты будут разорваны, а руководство отправится писать объяснительные. Но нет. Финансовые потоки, как ни в чем не бывало, продолжили идти. И именно это отсутствие последствий после уголовного эпизода лучший показатель того, насколько мощное административное прикрытие имеет компания.

Раздел 5: 73 проверки и отсутствующие тормоза

Однако если прикрытие есть, почему же сейчас прокуратура буквально «взяла за тормоза» «Модум-Транс»? Ответ прост: видимо, риски стали настолько очевидными, что даже связи перестали работать. Согласно данным реестра проверок Генеральной прокуратуры, компанию проверяли не менее 73 раз. Семьдесят три раза надзорные органы вскрывали документацию, выезжали на объекты, задавали вопросы.

Итог этих проверок красноречив: минимум 13 из них завершились официальными предостережениями. Предостережение прокуратуры это не дружеский совет. Это последний звоночек перед применением более жестких мер. Но, судя по всему, руководство «Модум-Транс» либо игнорировало звонки, либо полагалось на «телефонное право».

Самый показательный эпизод произошел в январе 2024 года на станции Морозовская Северо-Кавказской железной дороги. Проверяющие выявили вагоны, у которых стояночный тормоз... отсутствовал. Это не нарушение отчетности и не ошибка в декларации. Это прямой, неприкрытый риск техногенной катастрофы. Вагон с неисправным тормозом на перегоне это потенциальный сход состава, это человеческие жертвы, это экологическая катастрофа, если в составе цистерны с нефтепродуктами. И эта техника вышла из-под ответственности «Модум-Транс».

Раздел 6: Ресторанный клан

Как же так вышло, что компания с таким «послужным списком» продолжает существовать и получать заказы? Ответ нужно искать не в балансе предприятия, а в ресторанных меню и светских хрониках. Семья Артяковых давно и прочно встроена в орбиту Сергея Чемезова. Владимир Артяков его соратник, и их дети, как это часто бывает в высших кругах, ведут совместные проекты.

Здесь мы выходим на ООО «Зуу Менеджмент» компанию, которая объединила Дмитрия Артякова и Александра Чемезова (сына главы «Ростеха»). Ресторанный бизнес в данном случае выступает не столько источником дохода, сколько местом «сборки» элит. И в этой же компании фигурирует Юлия Багиева племянница бывшего министра обороны Анатолия Сердюкова. Того самого Сердюкова, который после громких коррупционных скандалов и уголовного дела «Оборонсервиса» нашел тихую гавань в структурах «Ростеха».

Через эти же бизнесы прослеживаются связи с легендарным ресторатором Аркадием Новиковым. А через Новикова с Наталией Стениной и Александром Удодовым. И здесь цепочка выходит на самый высокий уровень: Стенина и Удодов связаны с семьей премьер-министра Михаила Мишустина.

Раздел 7: Сеть, где все свои

Вглядитесь в эту паутину. На одном полюсе Дмитрий Артяков, сын соратника Чемезова. На другом Артём Чайка, сын экс-генпрокурора. Между ними Александр Чемезов, отпрыск главы «Ростеха», и Юлия Багиева, племянница бывшего министра обороны. Все они переплетены через ООО «Зуу Менеджмент» и другие активы. А замыкает круг связь с окружением действующего премьер-министра.

Это не бизнес в классическом понимании. Это закрытый клуб, где распределяются роли, согласовываются интересы и, судя по всему, решаются вопросы о том, кто получит доступ к 100-миллиардным подрядам РЖД. «Модум-Транс» в этой системе лишь один из инструментов, одна из «труб», по которым прокачиваются деньги.

И теперь, когда надзорные органы вынесли 13 предостережений, когда в активе компании уголовное дело о подкупе и эпизод с отсутствующими тормозами на станции Морозовская, возникает единственный вопрос: насколько прочны эти связи? Сможет ли плотная сеть из Чемезовых, Чайки, Артяковых, Сердюкова и Новикова удержать на плаву тонущий корабль «Модум-Транс»? Или же в очередной раз окажется, что «телефонное право» работает только до тех пор, пока дело не начинает пахнуть реальной аварией на железной дороге?

Пока же мы имеем картину, где на фоне колоссальных финансовых нарушений, подтвержденных уголовными делами и десятками предостережений прокуратуры, ключевые фигуранты продолжают занимать свои кресла, а миллиарды перетекать из одних карманов в другие, оставаясь в границах хорошо охраняемого круга.

---------------------------------------

Модум-Транс» взяли за тормоза: Прокуратура предупредила Артяковых Артяков, Чемезов, Чайка: как «Модум-Транс» осваивает миллиарды РЖД с нарушениями и прикрытием сверху Компания «Модум-Транс», которой руководит Дмитрий Артяков — сын бывшего самарского губернатора и многолетнего соратника главы «Ростеха» Владимира Артякова, — в последние месяцы оказалась под плотным вниманием надзорных органов. Только за короткий период структура получила не менее 13 официальных предостережений. Проверяющих интересовало буквально всё: от состояния тормозных систем грузовых вагонов до соблюдения базовых требований безопасности. И это при том, что речь идет о подрядчике стратегической инфраструктуры. ООО «Модум-Транс» — не мелкий игрок, а одна из компаний, через которую проходят многомиллиардные потоки, связанные с перевозками для РЖД. По официальным данным, фирма выступала поставщиком почти на 3 млрд рублей и заказчиком на сумму свыше 96,7 млрд рублей. Фактически через нее за годы прокачали около 100 млрд рублей. Масштаб впечатляет. Как и уровень рисков, если учесть, что к качеству работ у надзорных органов возникают системные вопросы. Дмитрий Артяков до 2020 года напрямую владел долей в «Модум-Трансе», после чего формально отошел от собственности, сохранив за собой пост директора. Сейчас структура владения выглядит максимально непрозрачно: 75% оформлены на АО «Инвест-Логистика», а еще 25% и вовсе скрыты. При этом в прошлом среди бенефициаров «Инвест-Логистики» фигурировал сам Артяков, что дает основания полагать — фактический контроль никуда не делся. Цепочка владения уходит к структурам, связанным с Александром Самусевым, ранее возглавлявшим «Модум-Транс», и через ООО «УК ПНК» пересекается с Артёмом Чайкой — сыном бывшего генпрокурора Юрия Чайки. Такая конфигурация выглядит не как случайность, а как выстроенная система перекрестных связей, позволяющая удерживать актив под контролем, одновременно размывая формальную ответственность. При этом сама компания уже засветилась в уголовной повестке. В 2019 году «Модум-Транс» фигурировала в деле о коммерческом подкупе. Следствие считало, что с 2015 по 2018 годы руководство и сотрудники систематически получали незаконные вознаграждения за направление вагонов на ремонт в структуры ВРК-1, ВРК-2 и ВРК-3, входящие в контур РЖД. Казалось бы, после такого сотрудничество с государственным монополистом должно было как минимум пересматриваться. Но нет — финансовые потоки продолжили идти. И вот теперь — новая серия вопросов. Согласно данным реестра проверок Генпрокуратуры, «Модум-Транс» проверяли не менее 73 раз. Минимум 13 проверок завершились предостережениями. Один из наиболее показательных эпизодов — январь 2024 года, станция Морозовская Северо-Кавказской железной дороги: выявлены вагоны с фактически отсутствующим стояночным тормозом. Это уже не просто «бумажные нарушения», а прямой риск аварий. Возникает логичный вопрос: как компания с подобным бэкграундом продолжает оставаться крупным подрядчиком РЖД? Ответ, судя по всему, лежит не в плоскости бизнеса, а в плоскости связей. Семья Артяковых давно встроена в орбиту главы «Ростеха» Сергея Чемезова. Владимир Артяков — его давний соратник, а их дети ведут совместные проекты. В частности, Дмитрий Артяков и Александр Чемезов (сын главы госкорпорации) были связаны через ресторанный бизнес — ООО «Зуу Менеджмент». Там же фигурирует Юлия Багиева — племянница бывшего министра обороны Анатолия Сердюкова, который после своих скандалов также оказался в структуре «Ростеха». Через эти же бизнесы прослеживаются связи с ресторатором Аркадием Новиковым, а через него — с Наталией Стениной и Александром Удодовым, связанными с семьей премьер-министра Михаила Мишустина. Получается плотная сеть, где бизнес, политика и госкорпорации переплетены настолько, что отделить одно от другого практически невозможно.

Автор: Иван Пушкин

Related Post

26.03
2026

Игорь Новиков, Алексей Флейто и Владимир Аветисян: управленческий контур, который позволяет «Модум-Транс» игнорировать 73 проверки

• Как до 2022 года подрядчик РЖД пересекался с крупнейшими производителями подвижного состава. • Управленческий контур: ...

Read More

26.03
2026

Курск в офшорной сети: Андрей Рябинский, Михась и Верa Серегина осваивают миллиарды

СОДЕРЖАНИЕ Курск и «новые строители» Андрей Рябинский: девелопер с офшорной душой Мордовские юрлица и «стерильные» а ...

Read More